Библиотека

Общество IE

Экономисты

Библиографии

Библиотека

Программы

Лекции

Переводы

Журнал

Форум

БРЕНДЕЛЕВА Е.А.

НЕОИНСТИТУЦИОНАЛЬНАЯ ТЕОРИЯ

(Бренделева Е. А. Неоинституциональная теория. Учебное пособие. / Под ред. проф. Чепурина М.Н. – М.: ТЕИС, 2003. – 267 с.)

Содержание

Предисловие

Занимаясь экономической деятельностью, мы не знаем ни потребностей других людей, ни источников получаемых нами благ. Практически все мы помогаем людям, с которыми не только не знакомы, но о существовании которых и не подозреваем. И сами мы живем, постоянно пользуясь услугами людей, о которых нам ничего не известно. Все это становится возможным благодаря тому, что, подчиняясь определенным правилам поведения, мы вписываемся в гигантскую систему институтов и традиций: экономических, правовых и нравственных. [1]

Август Фридрих фон Хайек

Экономическая наука, как и любая другая, переживает свои взлеты и падения. Периодически повторяющиеся кризисы в экономике различных стран, не всегда успешные попытки экономистов-теоретиков предложить решение назревших проблем приводят к серьезному пересмотру фундаментальных основ экономической науки; вновь поднимаются вопросы о границах применения господствующей парадигмы ("mainstream").

Все чаще в научной экономической литературе встречается утверждение, что та методология, которую использует неоклассическая экономическая теория для анализа макроэкономических проблем и выработки практических рекомендаций, часто оказывается несостоятельной и необходимо увязать процессы, происходящие в экономике, с другими сферами, а именно, правовой, политической и социальной.

Недостаточное внимание институциональной составляющей в российской  модели рыночных преобразований стало очевидным в том числе и для большей части экономистов, приверженцев неоклассической школы, о чем свидетельствуют многочисленные публикации в экономической литературе последних лет как западной, так и российской. Практика показала, что стабильность эффективно действующих рыночных институтов важнее скорости проведения рыночных реформ.

Таким образом, проблема поиска нового подхода для анализа трансформационных процессов в странах с переходной экономикой, а также в развивающихся странах стала актульной на современном этапе, и дальнейшее развитие получили идеи представителей институциональной школы, точнее одного из основных ее направлений – неоинституциональной экономической теории.

В представленном Вашему вниманию пособии рассматриваются основные положения неоинституциональной теории, некоторые методологические аспекты, оставшиеся вне внимания многочисленных дискуссий представителей этого направления экономической науки.

Появление данного пособия стало возможным благодаря уже получившим мировое признание трудам Т. Веблена,                     Д. Норта, О. Уильямсона, Т. Эггертссона, а также вышедшим в течение последнего десятилетия работам российских ученых,          которые определили новые направления исследований в рамках неоинституциональной теории, большей частью применительно переходной экономики. Речь идет, прежде всего, о работах               Р. И. Капелюшникова, С. Г. Кирдиной, Г. Б. Клейнера,                   А. К. Ляско, А. Н. Нестеренко, О. С. Сухарева, А. Н. Олейника,                               В. М. Полтеровича, В. Л. Тамбовцева, А. Е. Шаститко и других.

В пособии автор опирается на следующие методологические принципы:

·                  определение "института" как системы формальных правил и неформальных норм, определяющих взаимоотношения между членами общества;

·                  трансакционный подход Коуза-Уильямсона (для анализа стабильно действующих институтов) и трансформационный подход Д. Норта (для анализа институциональных изменений).

Ключевая роль в работе отводится проблеме согласования формальных правил и неформальных норм в обществе, роли неформальных институтов в обществе. Рассмотрение неформальных поведенческих моделей, является одним из важнейших аспектов в понимании направления развития реформ в России.

Разделение двух подходов в теории трансакционных издержек на микро- и макроуровне, развитие трансформационного подхода и исследование трансформационных издержек представляет интерес, с точки зрения дальнейшей эволюции теории.

Систематизация отдельных положений теории государства и теории бюрократии, помогает пониманию роли этих институтов в переходной экономике, изучению их возможного воздействия на развитие институциональных процессов в обществе, формирование поведенческих моделей. Большое место в пособии отводится изучению процессов внедрения институтов в новую институциональную среду. Неоинституциональный подход позволяет дать качественно новую оценку реформам, проводимым в российской экономике.

В пособии автором вводится ряд новых понятий и определений, в частности, "неформальная институционализация", "институциональный вакуум", "трансформационные издержки", "институциональные технологии". Следует отметить, что некоторые термины имеют свои аналоги. Так, например, в экономической литературе встречается термин "деформализация"[2], который по сути близок термину "неформальная институционализация". Поскольку последний используется автором ранее, в частности, в кандидатской диссертации, то он и был выбран для описания процессов, рассматриваемых в пособии. Несогласованность терминалогии лишний раз показывает, что в российской экономической науке, в данном случае речь идет о неоинституциональной теории, определились основные направления исследований, однако еще не сформирован единый понятийный аппарат и хочется надеяться, что данное пособие будет этому способствовать.

Автор сознательно не копирует структуру имеющихся           пособий по неоинституциональной теории. Выбор рассматриваемых проблем обусловлен стремлением выделить те основные        положения и инструменты теории, которые применимы для практического анализа экономических процессов в переходной экономике.

Автор выражает особую благодарность своему научному руководителю профессору Киселевой Елене Александровне,        которая на протяжении многих лет оказывала серьезную помощь в научной работе и без которой данная книга вряд ли бы могла появиться. Автор хотел бы выразить свою признательность и благодарность заведующему кафедрой экономической теории МГИМО (У) МИД России, профессору Чепурину Михаилу Николаевичу, старшему научному сотруднику Центра макроэкономических стратегий Института экономики (ЦМС ИЭ) РАН Ляско Александру Кимовичу, и доктору экономических наук, профессору Брянского государственного университета, сотруднику ЦМС ИЭ РАН Сухареву Олегу Сергеевичу, доценту кафедры экономической теории МИИТ Трофимовой Галине Константиновне, замечания и рекомендации которых во многом способствовали качественному улучшению пособия, а также научному сотруднику ЦМС ИЭ РАН Башутской Татьяне Глебовне за помощь в решении организационных вопросов.

Во многом написанию данной книги способствовало               посещение автором семинаров по институциоанальной экономике, проводимых ЦМС ИЭ РАН под руководством академика Маевского Владимира Ивановича, на которых автор имел возможность ознакомится с новейшими исследованиями в области нео-институциональной экономики.

От автора

Глава 3. Теория трансакционных издержек

Экономическая теория трансакционных        издержек представляет собой сравнительный          институциональный подход к изучению экономической организации, в котором трансакция выступает в роли базовой единицы анализа[3].

Оливер Итон Уильямсон

Теория трансакционных издержек (transaction cost econo-mics) является одной из составных частей неоинституционализма, а трансакционные издержки наравне с институтами – ее базовой категорией.

Первоначальные исследования с применением в качестве основного инструмента категории "трансакционные издержки" проводились для анализа деятельности фирмы и связаны с именем Р. Коуза.

Несмотря на то, что его основная статья "Природа фирмы" появилась в 1937 г ., сама теория трансакционных издержек сформировалась лишь в 1950-60-е гг. Причинами этого послужило резкое обострение социально-экономических проблем в ведущих промышленно развитых странах в 1960-е г. Стремление к созданию единой хозяйственной системы, углубление разделения труда, появление новых видов собственности, например, интеллектуальной, расщепление прав собственности на частичные полномочия – все это привело к значительному росту трансакционных издержек.

Таким образом, инструментарий теории трансакционных издержек стал использоваться для изучения функционирования отдельных институтов и институциональных систем.

Теория трансакционных издержек в некоторой степени          повторила путь, пройденный неоклассической экономической       теорией – от исследования фирмы до анализа экономической         системы.

Опираясь на данное утверждение, становится возможно разделить исследования, проводимые в рамках теории трансакционных издержек, на два уровня: микро и макро. На микроуровне речь идет об анализе процессов на уровне фирмы, отдельных экономических агентов, на макроуровне – об анализе экономической системы в целом.

Основные течения неоинституционализма можно классифицировать по признаку анализа состояния института – стабильное функционирование (теория прав собственности, теория контрактов, теория агентских отношений, теория экономических организаций) и возникновение и изменение (новая экономическая история). – в книге опечатка – изменение автора.

В соответствии с данной классификацией, становится возможным объяснение существования двух подходов в теории трансакционных издержек: трансакционного подхода Коуза – Уильямсона (для анализа стабильно функционирующих институтов) и трансформационного подхода Норта (для анализа институциональных изменений).

Такое разграничение может вызвать ряд возражений, однако, оно позволяет провести исследование институциональных аспектов трансформационных процессов в странах с переходной экономикой. В частности, подход Коуза-Уильямсона применим для сравнительного анализа эффективности государственных и частных структур, объяснения процессов неформальной институционализации, криминализации общества и экономики, а подход Норта для анализа институциональных причин перехода от командной системы к рыночной, анализа хода и результатов процессов реформирования в переходной России.

1.   Подход Коуза-Уильямсона

Введение трансакционных издержек в экономический анализ Р. Коузом было, по его мнению, необходимо для объяснения существования таких противоположных рынку "островков сознательного контроля" как фирма[4].

В своей статье "Природа фирма" (1937) Р. Коуз обозначил трансакционные издержки как "издержки использования механизма цен", "издержки осуществления трансакций обмена на открытом рынке", или "рыночные издержки". Позднее в статье "Проблема социальных издержек" (1960) Р. Коуз использовал выражение "издержки рыночных трансакций". Их сущность он описывает следующим образом: "чтобы осуществить рыночную трансакцию, необходимо определить, с кем желательно заключить сделку, оповестить всех, с кем желают заключить сделку и на каких условиях, провести предварительные переговоры, подготовить контракт, собрать сведения, чтобы убедиться в том, что условия контракта выполняются, и так далее"[5].

Однако в экономической литературе закрепилось выражение "трансакционные издержки", которое также встречается в работах Р. Коуза, и получило широкое распространение определение К. Далмана: "трансакционные издержки (transaction costs) – это издержки сбора и обработки информации, издержки проведения переговоров и принятия решений, издержки контроля и юридической защиты выполнения контракта"[6].

По устоявшейся классификации трансакционные издержки принято подразделять следующим образом:

1)               издержки поиска информации (затраты времени и ресурсов на получение и обработку информации о ценах, имеющихся товарах, поставщиках и потребителях);

2)               издержки ведения переговоров;

3)               издержки измерения количества и качества вступающих в обмен товаров и услуг;

4)               издержки спецификации и защиты прав собственности (расходы на содержание судов, арбитража, органов государственного управления, а также затраты времени и ресурсов, необходимые для восстановления нарушенных прав);

5)               издержки защиты от оппортунистического поведения, под которым понимается недобросовестное поведение, нарушающее условия сделки или направленное на получение односторонних выгод.

В "воображаем" мире с нулевыми трансакционными издержками, часто по ошибке называемом коузианским, хотя сам Коуз в статье "Фирма, рынок и право" считает своим мир с положительными трансакционными издержками, размещение ресурсов не зависит от правовых позиций: люди всегда могут договориться, не неся никаких издержек, о приобретении, подразделении и комбинировании прав так, чтобы в результате увеличилась ценность производства[7].

При нулевых трансакционных издержках производитель включает в контракт все, что необходимо для максимизации ценности производства. Таким образом, при отсутствии трансакционных издержек нет никакой экономической основы для существования фирмы.

В реальном мире с положительными трансакционными издержками многие из контрактов не будут заключены и осуществлены, поскольку выгоды от их исполнения намного меньше, чем расходы. Таким образом, трансакционные издержки влияют на объем осуществляемых трансакций (трансакция – сделка, облеченная в контрактную форму) и появляется необходимость в организации фирмы. Относительным преимуществом фирмы          Р. Коуз называл возможность экономии на трансакционных издержках.

Несмотря на важность для экономического анализа сделанных выводов, это направление экономической науки развивалось крайне вяло и лишь в 1960-х гг., подкрепленное признанием того, что феномен "недостаточности рынка", или "провалов рынка" (market failure)является следствием эффектов трансакционных издержек, оно получило сильный импульс для широкого распространения и применения при анализе экономических процессов.

Дальнейшие разработки теории трансакционных издержек и теории фирмы были проведены А. Алчиян и Г. Демсецем,               У. Меклингом и М. Дженсеном, Й. Барцелем.

Огромный вклад в развитие теории трансакционных издержек фирмы был внесен О. Уильямсоном. В своей книге "Экономические институты капитализма" (1985), которую, по утверждению многих экономистов, можно считать настоящей энциклопедией трансакционного подхода, были разработаны и применены для исследования различных организационных структур на микроуровне основные методологические принципы теории:

1.               Трансакция есть базовая единица анализа.

2.               Любую проблему, которую прямо или косвенно можно понимать как контрактную, полезно изучать с точки зрения минимизации трансакционных издержек.

3.               Экономия трансакционных издержек достигается путем дифференцированного закрепления различных трансакций за структурами управления ими (представляющими собой организационные оболочки контрактных отношений, в рамках которых обеспечивается устойчивость последних).

4.               Выбор организационной структуры происходит на основе сравнительной институциональной оценки дискретных альтернатив, среди которых классическая рыночная контрактация расположена на одном полюсе, централизованная иерархическая организация – на другом [8].

По определению О. Уильямсона, трансакционные издержки – это издержки, не связанные с процессом производства. Различают ex ante издержки, возникающие при составлении проекта договора, ведении переговоров и обеспечении гарантий соглашения, и ex post издержки, связанные с неэффективной адаптацией и корректировкой договора и возникающие, когда реализация контракта сбивается с установленного курса в результате пробелов в договоре, ошибок, упущений и непредвиденных внешних возмущений [9].

Временнáя протяженность трансакции, возможность деления на две стадии – ex post и ex ante – оказывает влияние на поведение участников: возможно изменение их отношения к сделке на двух различных стадиях. Поэтому О. Уильямсон акцентирует внимание на том, что ex post и ex ante контрактные расходы взаимозависимы и должны анализироваться одновременно, а не последовательно.

При исследовании трансакций О. Уильямсон исходит из следующих положений:

·                   эффективность сделки зависит от того, насколько "структура управления точно "состыкована" с атрибутами данной трансакции, к которым относятся специфичность активов[10], используемых для реализации сделки", от частоты осуществления сделки и степени определенности условий ее осуществления;

·                   поскольку ввиду ограниченной рациональности людей, заключающих сделку, невозможно предусмотреть в контракте все обстоятельства и условия его выполнения, то все сложные контракты неизбежно являются несовершенными, или "отношенчес-кими", так как требуют постоянного взаимодействия между участниками по адаптации их отношений к изменяющимся условиям сделки.

Проводимые О. Уильямсоном исследования экономической организации учитывали влияние на ее развитие таких условий, как ограниченная рациональность, оппортунизм и специфичность активов. Неопределенность является следствием каждого из перечисленных условий.

Особое внимание Уильмсон уделяет такому феномену, как оппортунизм – преследование личного интереса с использованием коварства (self-interest-seeking-with-guile), включая такие более явные формы, как ложь, воровство мошенничество, а также предоставление неполной или искаженной информации, особенно когда речь идет о преднамеренном обмане, введении в заблуждение, искажении и сокрытии истины или других методах запутывании партнера[11].

Различают две основные формы оппортунизма, первая из которых характерна для отношений внутри организаций, а вторая – для рыночных сделок. Интересно рассмотреть такую форму поведения как "отлынивание" (shirking) – работу с меньшей отдачей и ответственностью, чем следует по условиям договора. Когда отсутствует возможность эффективного контроля за агентом, он может начать действовать, исходя из собственных интересов, не обязательно совпадающих с интересами нанявшей его фирмы. Проблема "отлынивания" появляется и том случае, если люди работают сообща ("командой") и личный вклад каждого определить очень трудно.

Поведенческая неопределенность является одним из важнейших компонентов неопределенности внешней среды и значительно осложняет осуществление трансакций. В силу того, что вероятность совершения индивидом оппортунистического поступка не может быть оценена и рассчитана заранее и в полном объеме, становится невозможным запланировать сумму издержек, связанных с заключением таких сделок.

Согласно Уильямсону, если бы отсутствовала неопределенность хозяйственной жизни, то проблемы экономической организации были бы относительно неинтересны[12]. Такой подход позволяет ответить на многие вопросы, связанные с выбором вида экономической организации.

Постепенно "укрупняясь" теория трансакционных издержек выходит на макроуровень.

С. Чунг определил трансакционные издержки как "издержки, существование которых невозможно себе представить в экономике Робинзона Крузо"[13], то есть трансакционные издержки появляются в любой экономике с числом агентов более одного. Такое широкое толкование имеет множество недостатков, главным из которых исследователи считают неопределенность понятия экономической эффективности – экономически эффективным можно считать практически любое действие человека, если полагать, что он принимал во внимание не только трансформационные (см. гл.3 §2), но и трансакционные издержки, которые в широкой трактовке практически не поддаются количественной оценке. Тем не менее, эта концепция сыграла важнейшую роль в развитии современной экономической науки. Именно она является ключом к пониманию большого числа процессов, происходящих в экономике.

Дж. Стиглер назвал мир с нулевыми трансакционными издержками столь же странным, что и физический мир без сил трения. Экономическая система существует с неким "трением", которое усложняет осуществление экономических обменов.

На величину трансакционных издержек, помимо неопределенности, несовпадения интересов взаимодействующих друг с другом экономических агентов, оказывает влияние существующий в обществе набор институтов.

Трансакционные издержки можно рассматривать как ценность ресурсов, направленных на создание и использование институтов. Если бы институты были свободными благами, то они не обладали бы альтернативными издержками и не влияли бы на эффективность ограниченных ресурсов[14].

Согласно Р. Коузу, рынки, подобно фирме, также являются институтами, облегчающими осуществление обменов, поскольку позволяют сократить трансакционные издержки. Рассматривая рынки, Р. Коуз делает вывод, что для существования чего-либо, подобного совершенной конкуренции, обычно необходима сложная система правил и ограничений, установленной, как правило, государством.

Р. Коуз подчеркивает, фундаментальную роль трансакционных издержек в процессе формирования институтов, составляющих экономическую систему[15].

Классическим примером появления и развития института является институт "цеха". Расцвет цеховой организации приходится на ХIII-XY века, хотя первые цехи зародились в Италии в IX-X веках. Потребность в таком институте была обусловлена наиболее низкими как производственными, так и трансакционными издержками в рамках цеха, по сравнению с обособленной ремесленной деятельностью. Вся производственная и сбытовая деятельность четко регламентировалась уставами, принимаемыми на общих собраниях. В уставе оговаривалось число подмастерьев и учеников для одного мастера, объем и цена выпускаемой продукции, время работы, место продажи, ширина прилавка и т.д. За несоблюдение установленных правил мастер подвергался наказанию вплоть до запрета заниматься своим ремеслом в этом городе. Несмотря на жесткие условия, такая регламентация имела свои положительные стороны, так как способствовала расширению ассортимента продукции, повышению ее качества, обеспечивала защиту от конкурентов, гарантированный сбыт. Эффективной была и система подготовки новых мастеров, которые были обязаны пройти все ступени обучения, сдать экзамен на мастера. Со временем жесткая регламентация стала тормозом для дальнейшего развития производства. Значительно была усложнена процедура перехода из подмастерьев в мастера, появились "вечные подмастерья", для вступления в цех нужно было заплатить большой взнос. Это приводило к тому, что цеховая система превращалась в закрытую и консервативную структуру. Строгое ограничение ассортимента не позволяло наладить выпуск новых изделий, лимитирование объема и установление монопольных цен сдерживало накопление капитала и развитие рыночных отношений. Это в большей степени объясняет тот факт, что формирование нового зажиточного класса – буржуазии происходило чаще не из мастеров, а из купцов. Появление мануфактур также затрагивает те отрасли, которые меньше всего были охвачены цеховой организацией, а именно, горная, хлопчатобумажная. Таким образом, трансакционные издержки определили существование цеховой системы: низкие – способствовали ее появлению, высокие – обусловили ее замену на новую более эффективную мануфактурную организацию труда.

Общее предложение институтов может быть выражено через издержки по их созданию (ех ante) и функционированию (ex post). Исходя из методологии Дж. Коммонса, одного из основоположников институциональной экономики, издержки по созданию и обеспечению деятельности институтов могут быть определены как издержки коллективного действия.

К. Эрроу вполне справедливо определил трансакционные издержки как "затраты на управление экономической системой"[16]. Анализ трансакционных издержек функционирования различных видов экономических систем позволяет во многом ответить на вопрос: почему при кажущейся видимости одинаковых экономических условий различные экономические системы имеют совершенно противоположные результаты?

В данном контексте нельзя оставить без внимания идею       Ф. Хайека о том, что в свободном обществе информация распространяется быстрее, чем в административно-регулируемом, и следовательно, рынок имеет решающее преимущество перед государственным регулированием с точки зрения экономии на трансакционных издержках. По Хайеку, выигрывает не то общество, которое производит больше продукции с меньшими затратами сырья и материалов, а то, которое производит продукцию с меньшими удельными затратами трансакционных издержек.

Эта идея подтверждается выводом О. Уильямсона о том, что выбор между различными организационными формами (механизмами координации и контроля) – иерархическим, характерным для крупной фирмы, рыночным и смешанным – происходит в результате сравнения эффективности осуществляемых этими структурами трансакций[17]. Таким образом, в соответствии с теорией трансакционных издержек, разнообразие организационных форм возникает, прежде всего, в целях минимизации трансакционных издержек.

Тем не менее неэффективные способы экономической организации, которым сегодня нет более совершенных реальных альтернатив, сохраняют господствующее положение либо до тех пор, пока не будут разработаны какие-либо лучшие организационные решения, либо поддерживаются искусственно отдельными влиятельными группами, правящими партиями. Длительное существование неэффективных способов организации может быть связано и с другими причинами, например, высокими трансформационными издержками перехода от одной формы организации к другой.

2. Подход Норта

Если подход Коуза-Уильямсона можно назвать трансакционным, то подход Норта – трансформационным по выделению типа издержек, связанных с изменениями институциональной системы, и изучаемых, как было отмечено выше, в рамках новой экономической истории и теории общественного выбора.

Первоначально изучение трансформационных издержек входило в теории производства и этот вид издержек часто ассоциировали с "производственными издержками" (production costs) – издержками, сопровождающими процесс физического изменения материала, в результате чего получается продукт, который обладает определенной ценностью. В эти издержки включались не только издержки обработки материала, но и издержки, связанные с планированием и координацией процесса производства, если они касались технологии, а не взаимоотношений людей. Таким образом, в данной трактовке понятие трансформационных издержек значительно шире, поскольку в значимые производственные издержки входят и трансакционные издержки, назвать которые производственными можно лишь с некоторой долей условности.

В нашем же случае трансформационные издержки связаны не с производством конкретного продукта, а с изменением институциональной системы. Таким образом, можно дать следующее общее определение трансформационных издержек в рамках неоинституциональной теории: трансформационные издержки (transformation costs) – это издержки, связанные с ликвидацией старых институтов, формированием (или импортом) и адаптацией новых институтов в экономической системе.

Экономическая система представляет собой сложную организационную структуру управления, со своими "правилами игры". По утверждению Коуза, в мире с нулевыми трансакционными издержками необходимости в правовой системе не существовало бы. В соответствии с трансформационным подходом, причиной увеличения трансформационных издержек являются изменения в обществе, приводящие к ликвидации старых и установлению новых формальных и неформальных правил в обществе.

Несмотря на различие, трансформационные и трансакционные издержки находятся в тесной зависимости, суть которой раскрывает следующая интерпретация обобщенной теоремы Коуза, сформулированная Т. Эггертссоном: если трансакционные издержки невелики, то экономика всегда будет развиваться по оптимальной траектории, независимо от имеющегося в ней набора политических и других институтов [18]. То есть, при небольших трансакционных издержках функционирования институциональной системы любые изменения сдерживаются угрозой высоких трансформационных издержек, а технический прогресс и накопление капитала (физического и человеческого) автоматически обеспечивают экономический рост.

Следует отметить тот факт, что изменение институциональной системы ведет не только к росту трансформационных издержек, но и появлению целого ряда трансакционных издержек, отсутствующих в прежней системе.

Все вышесказанное объясняет во многом и длительное существование неэффективных институтов и функционирование застойных форм экономической организации.

Основные силы, сдерживающие изменения, были рассмотрены еще Д. Нортом. Ими могут быть:

1)               государство – если это способствует минимизации разницы между доходами и расходами казны;

2)               влиятельные группы, преследующие свои личные интересы;

3)               институциональная матрица, которая определяет зависимость общества от траектории его предшествующего развития.

Следовательно, высокие трансформационные издержки являются своеобразным стабилизатором уже сложившейся институциональной системы независимо от ее эффективности.

Введение более эффективных "правил игры" и создание институтов связано со значительными трансформационными издержками, однако отдача от новых институтов (по экономии трансакционных издержек) может быть гораздо большей.

Несмотря на то, что вложения в реформы сопряжены с гораздо большим риском, чем обычные инвестиции, ожидание большей эффективности новых институтов, а также опыт других стран движут реформаторами, осуществляющими импорт институтов.  

…….

В связи с широкомасштабными институциональными изменениями, происходящими в настоящее время в странах с переходной экономикой, а также развивающихся странах, проблема высоких трансформационных издержек стоит очень остро. Как сократить трансформационные и можно ли их сократить?

При искусственном изменении институциональной среды (либо уже существующих институтов, либо импорта совершенно новых институтов) сокращению трансформационных издержек во многом должно способствовать тщательное изучение опыта стран, где подобные институты сформировались в ходе эволюции общества или куда были импортированы и где успешно функционируют (см. гл. 8).

К сожалению, на проблему трансформационных издержек ученые и экономисты обратили внимание лишь в последнее время и несмотря на то, что трансформационные издержки являются необходимым и важным элементом в экономической науке переходной экономики и экономики развивающихся стран, они остаются малоизученным фактором.

3. Проблема измерения

Предпочтения в пользу тех или иных способов организации могут, например, расходиться не только потому, что эффективность их функционирования оказывается различной, но также по причине того, что люди используют разные методы взвешивания показателей при выведении агрегированной оценки.

В данном контексте становится правомерной проблема измерения трансакционных (а также трансформационных издержек), поскольку зачастую упреки оппонентов теории трансакционных издержек относились к неоперациональности и неизмеримости этой составляющей. По их мнению, включение в экономический анализ трансакционных издержек позволило бы объяснить практически все явления с точки зрения эффективности, достигнутой путем минимизации трансакционных издержек, а "объяснение всего" по существу является "объяснением ничего", тем более, если оно базируется на "невидимых вооруженным глазом" составляющих.

Ответной реакцией сторонников неоинституциональной теории стала разработка методов, позволяющих перевести трансакционные издержки из воображаемого мира в реальный.

По мнению Г. Саймона, проблема измерения может быть решена путем сопоставления трансакционных издержек при различных способах контрактации. Сравнение альтернативных дискретных структур управления (discrete structural alternatives) зачастую может проводиться "без применения сложного математического аппарата или исчисления предельных величин. Для того чтобы продемонстрировать несовпадение двух величин, не требуется столь тонких и сложных методов, как для выявления условий, при которых достигается равенство предельных значений этих величин" [19].

Некоторые экономисты предлагают четко специфицировать издержки в каждом конкретном случае, например, в одном случае – это могут быть издержки входа на рынок (регистрация фирмы, получение лицензии и т.д.), в другом – издержки, сопровождающие движение прав собственности, в третьем – связанные с заключением и защитой контрактов, в четвертом – с принятием решений внутри фирмы и т.д.

При поэлементном разбиении многие составляющие этих издержек оказываются вполне измеримыми. Один из довольно убедительных примеров был дан Д. Нортом и Дж. Уоллисом при подсчете трансакционных издержек относительно ВНП США. Выбор именно этой сферы был обоснован тем, что проблема роста издержек эксплуатации экономической системы была довольно популярной в 1980-е г. (и остается таковой в настоящее время, в частности, применительно к переходным экономикам). Основной причиной такого пристального внимания исследователей стал тот факт, что по мере развития общества, несмотря на то, что издержки отдельной сделки имели тенденцию к сокращению, доля трансакционных издержек в ВНП росла в связи с увеличением совокупного объема меновых операций.

Расчет производился на основе определения совокупного объема ресурсов, используемых фирмами, продающими трансакционные услуги, а также измерения ресурсов, выделяемых на трансакционные услуги фирмами, производящими другие товары и услуги. Исследование охватывало следующие сферы деятельности: оптовая и розничная торговля, финансы, страхование и операции с недвижимостью. В число обследуемых попали предприниматели, землевладельцы, служащие, контролеры, охранники и ряд других категорий работников, занятых в негосударственном секторе экономики. В результате исследования было выявлено, что рост трансакционных издержек составил с 1/4 ВНП в 1870 г . до 1/2 ВНП в 1970 г . Причем учтены были только специализированные (специфицированные – прим. автора) трансакционные издержки, которые связаны с покупкой или наймом. Целый ряд издержек, например, ожидание в очередях или издержки поиска товара остались вне поля зрения исследователей [20].

Специфические трудности в применении трансакционного подхода возникают из-за того, что отдельные трансакционные издержки не могут быть специфицированы и подсчитаны в силу отсутствия трансакций, которые повлекли бы за собой возникновение этого вида издержек. По мнению В. Капелюшникова, эти виды издержек можно назвать "виртуальными".

"Виртуальные" издержки могут перейти в разряд "реальных", если появится институциональное устройство (новый закон или новая организационная форма), делающее этот тип сделок экономически оправданным. В этом случае трансакционные издержки становятся наблюдаемыми и  потенциально измеримыми.

В российской практике широко распространены сделки, заключаемые со "своими" – проверенными и хорошо знакомыми партнерами. Такая форма персонализированного обмена сопряжена, в одном случае, с высокими трансакционными издержками за счет сокращения выбора участников и возможности заключить более выгодную сделку, возможности дальнейшего расширения поля деятельности и т.д., в другом – их экономией на трансакционных издержках оппортунистического поведения.

Поведение российских экономических агентов перестает казаться "странным" и "нерациональным" в условиях, когда институты, обеспечивающие надежность и безопасность неперсонализированного обмена, неразвиты и поддержание традиционных деловых связей обходится намного дешевле.

В данном случае теоретическое обоснование получает  функционирование в переходной экономике таких "неэффективных", с точки зрения рыночной системы, институтов, как  институт неденежных расчетов: бартер, взаимозачеты и т.д.

По мере формирования новых институтов (например, появление всевозможных посредников, специализирующихся на сдаче новых фирм "под ключ", обналичивании денег и других, хотя еще в 1992 г . в России такие операции приходилось делать самим предпринимателям), происходит перевод трансакций в сектор трансакционных услуг и появляется возможность дать им обобщенную стоимостную оценку.

Как показывает практика, в российской переходной экономике общая тенденция состоит в том, что все больший массив трансакционной деятельности перемещается в сектор трансакционных услуг.

Помимо спецификации трансакционных издержек, измерение может опираться на официальные или опросные данные, на основе которых проводились, в частности, исследования как в развивающихся странах (работы Э. де Сото, Э. Крюгер и др.), так и странах с переходной экономикой (работы В. Тамбовцева,        Г. Сатарова и др.).

В последнее время получил широкое применение метод, который можно назвать "экспериментальным". Суть его заключается в том, что исследователь самостоятельно начинает осуществлять какую-либо операцию, например, создает фиктивную фирму, и скрупулезно фиксирует каждый шаг: сколько форм нужно заполнить, сколько времени провести в очередях, сколько и каким чиновникам "дать" и т.д.

Хочется надеяться, что в недалеком будущем будут найдены более точные методы подсчета, имеющие прочную математическую базу. 

В заключение можно сделать вывод, что теория трансакционных издержек значительно обогащает анализ как экономической организации, так и экономической системы путем раскрытия тех особенностей, связанных с видами издержек, которыми ранее пренебрегали. Она представляет уникальные возможности комплексного изучения экономических, правовых и организационных аспектов институциональной структуры от рыночного хозяйства на разных стадиях развития и с различной степенью государственного вмешательства, вплоть до его антипода – административно-командной экономики.